Что произошло
12 июля 1949 года в Адмиралтействе — штаб-квартире Королевского флота Великобритании на Уайтхолле в Лондоне — собрались двенадцать человек. Психологи, физиологи, анатомы, инженеры. Люди из разных дисциплин, но с одним общим опытом: все они во время войны решали задачу, которой не существовало ни в одном учебнике, — как спроектировать военную технику так, чтобы измотанный, напуганный, недоспавший двадцатилетний оператор не убил себя и окружающих, перепутав рычаги.
Они искали название для своей области. Не психология — слишком широко. Не физиология труда — слишком узко. Не инженерная психология — слишком академично. Нужно было слово, которое объединит всех: тех, кто изучает тело, тех, кто изучает мышление, тех, кто проектирует машины.
К.Ф.Х. Маррелл — Кеннет Франк Хиуитт Маррелл, психолог, работавший во время войны в Министерстве снабжения — предложил слово ergonomics. Он составил его из греческих корней: ergon (работа) и nomos (закон). Наука о законах труда. Маррелл не знал, что ровно такое же слово — «эргономия» — придумал польский натуралист Войтех Ястшембовский в 1857 году. Статья Ястшембовского, опубликованная на польском языке в малотиражном варшавском еженедельнике, была к тому времени забыта. Маррелл изобрёл термин заново — из тех же корней, для той же идеи, но в совершенно другом контексте.
Слово понравилось. 16 февраля 1950 года было официально учреждено Эргономическое исследовательское общество (Ergonomics Research Society) — первая в мире профессиональная организация эргономистов. Среди основателей были люди, чьи имена сегодня знакомы каждому студенту-психологу:
Уильям Эдмунд Хик — тот самый Хик, чей закон выбора сегодня цитируется в каждом учебнике по UX-дизайну. Закон Хика гласит: время принятия решения логарифмически зависит от количества вариантов. Чем больше кнопок на панели — тем дольше оператор выбирает нужную. Хик сформулировал этот закон в 1952 году, будучи уже членом Эргономического общества, — и сформулировал его именно потому, что война показала: перегруженная приборная панель убивает.
Отто Густав Едхолм — физиолог, изучавший работу человеческого тела в экстремальных условиях. Во время войны исследовал влияние холода, жары, усталости и недосыпа на работоспособность — вопросы, критически важные для моряков, лётчиков и десантников. После войны применил те же методы к мирным профессиям.
Уильям Фредерик Флойд — анатом, специалист по биомеханике. Его работы по антропометрии — измерению размеров человеческого тела и его подвижности — легли в основу проектирования рабочих мест, сидений, пультов управления.
Эти люди не просто создали общество — они институционализировали целую область знаний. До 1950 года исследования взаимодействия человека с техникой велись разрозненно: психологи в своих лабораториях, физиологи в своих, инженеры на своих заводах. После 1950 года они стали работать вместе, в общих проектах, с общим языком. Эргономика перестала быть набором отдельных исследований и стала профессией.
А четыре года спустя, в 1954 году, на другом конце Европы, в Чехословакии, инженер Петр Тучны предложил термин «техническая эстетика» — теорию конструирования орудий и средств производства с учётом не только функции, но и физиологии, антропометрии, эстетики. Если британская эргономика была сфокусирована на эффективности и безопасности, то техническая эстетика добавляла третье измерение: красоту. Хороший инструмент не только удобен и безопасен — он ещё и красив. Не как украшение, а как следствие правильной формы: предмет, идеально приспособленный к руке, к глазу, к движению человека, неизбежно оказывается красивым.
Идея Тучного получила мощное развитие в Советском Союзе. В 1962 году был создан ВНИИТЭ — Всесоюзный научно-исследовательский институт технической эстетики, ставший центром советского промышленного дизайна и эргономики. Но об этом — в следующих статьях серии.
Контекст эпохи
Чтобы понять, почему эргономика родилась именно в послевоенной Британии, нужно представить масштаб проблемы, которую обнажила война.
Вторая мировая война была первой по-настоящему технологической войной. Радар, реактивные двигатели, электронные вычислители, управляемые бомбы, гидролокаторы — техника стала настолько сложной, что управлять ею мог далеко не каждый. Но армиям нужны были миллионы операторов, а не тысячи инженеров. Молодых людей, вчера работавших фермерами и продавцами, сажали за пульты бомбардировщиков, подводных лодок и радарных станций. И начинались катастрофы.
Пилоты бомбардировщиков B-17 систематически путали рычаг шасси и рычаг закрылков — потому что оба рычага были одинаковой формы и расположены рядом. Альфонс Чапанис, молодой психолог в звании лейтенанта, исследовал эти аварии и предложил гениально простое решение: сделать рычаги тактильно различимыми. На рычаг шасси — маленькое колёсико, на рычаг закрылков — плоский клапан. Ошибки прекратились. Не люди были виноваты — приборная панель была виновата.
Операторы радаров пропускали цели на экранах — не от невнимательности, а от усталости. Человеческий глаз не способен непрерывно следить за мерцающей зелёной точкой на экране двенадцать часов подряд. Физиологи рассчитали оптимальные смены. Психологи спроектировали интерфейсы, в которых критически важная информация выделялась автоматически.
Война закончилась, но проблема осталась. Мирная техника — автомобили, станки, электростанции, самолёты гражданской авиации — становилась всё сложнее. Ошибки операторов стоили жизней не на поле боя, а на заводах и дорогах. Учёные, привыкшие за годы войны работать на стыке психологии, физиологии и инженерии, не хотели возвращаться в узкие рамки своих дисциплин. Им нужно было общее поле — и они его создали.
Послевоенная Британия переживала экономический кризис: разрушенная инфраструктура, долги, нехватка рабочих рук. Повышение производительности труда стало национальным приоритетом. Но повышать её можно было двумя путями: заставить людей работать больше — или спроектировать технику и рабочие места так, чтобы люди работали эффективнее. Эргономика предложила второй путь.
В континентальной Европе параллельно шёл другой процесс. Послевоенная реконструкция требовала массового производства потребительских товаров, и промышленный дизайн стал стратегически важным. Немецкая Высшая школа формообразования в Ульме (Hochschule fur Gestaltung Ulm), открывшаяся в 1953 году как наследница Баухауса, соединяла проектирование с наукой. Техническая эстетика Тучного вписывалась в тот же тренд: инженер должен проектировать не только механизм, но и взаимодействие человека с этим механизмом.
Значение для UX
Основание Эргономического исследовательского общества в 1950 году — это момент, когда идея «проектировать для человека» перестала быть индивидуальной инициативой отдельных учёных и стала институтом. С журналом, конференциями, стандартами, образовательными программами, профессиональным сообществом. Это принципиально важно — потому что без институционализации даже самые блестящие идеи остаются идеями.
Ястшембовский придумал слово «эргономика» в 1857 году — и оно было забыто на сто лет. Фредерик Тейлор хронометрировал рабочих в 1880-х — но его идеи остались в рамках менеджмента, не в рамках проектирования. Гилбреты анализировали движения — но не создали дисциплины. Чапанис переделал рычаги B-17 — но это был единичный случай. Только когда в 1950 году двенадцать человек собрались в Адмиралтействе и решили, что их область — это одна наука, а не десять разных, — начался путь от разрозненных исследований к профессии.
Этот путь ведёт прямиком в современный UX. Вот ключевые мосты:
От ergonomics к usability engineering. В 1980-х годах, когда персональные компьютеры вошли в повседневную жизнь, эргономисты столкнулись с новым объектом проектирования — программным интерфейсом. Нажимать кнопки на панели — это физическая эргономика. А ориентироваться в меню на экране? Это когнитивная эргономика. Термин «usability» — удобство использования — появился как способ описать качество взаимодействия человека с компьютером. Стандарт ISO 9241, определяющий юзабилити, — это прямое продолжение эргономических стандартов, написанных теми же людьми и организациями.
Закон Хика — от эргономики к дизайну интерфейсов. Хик сформулировал свой закон в контексте эргономических исследований: сколько вариантов может обработать оператор? Сегодня этот закон применяется к дизайну навигационных меню, выпадающих списков и настроечных панелей. Каждый раз, когда дизайнер решает, показать ли пользователю пять пунктов меню или пятнадцать, он решает эргономическую задачу, поставленную Хиком в 1952 году.
Техническая эстетика — предшественница emotional design. Идея Тучного о том, что хорошо спроектированный инструмент красив не как украшение, а как следствие правильной формы, перекликается с концепцией Дона Нормана о «висцеральном дизайне»: первая реакция человека на продукт — эмоциональная, и эта реакция влияет на восприятие удобства. Красивый интерфейс кажется более удобным — это доказано экспериментально.
Междисциплинарность — ДНК UX. Эргономика с момента своего рождения была междисциплинарной: психологи, физиологи, инженеры, анатомы работали вместе. UX унаследовал эту черту. Современная UX-команда — это исследователь (из психологии), дизайнер (из визуальных искусств), разработчик (из инженерии), аналитик (из статистики). Эта мультидисциплинарная структура была заложена в 1950 году, когда двенадцать человек из разных дисциплин решили, что им нужен общий стол.
От приборной панели бомбардировщика — к приборной панели автомобиля. От приборной панели автомобиля — к интерфейсу компьютера. От интерфейса компьютера — к мобильному приложению. Объекты проектирования менялись, но профессия, рождённая в 1950 году в лондонском Адмиралтействе, оставалась той же: понять человека — и спроектировать для него.
Связанные статьи
Рождение эргономики связано с фундаментальными концепциями UX:
- Закон Хика — один из основателей Эргономического общества, Уильям Хик, в 1952 году сформулировал закон, который сегодня определяет проектирование меню, навигации и панелей управления.
- Закон Фиттса — Пол Фиттс, американский психолог-эргономист, в 1954 году описал зависимость времени наведения от расстояния и размера цели. Эргономика по обе стороны Атлантики работала над одними и теми же вопросами.
- Что такое юзабилити — понятие юзабилити выросло непосредственно из эргономики: стандарт ISO 9241, определяющий юзабилити, создан эргономическим сообществом.
- Человекоцентричный дизайн — HCD по ISO 9241-210 — это эргономика, переведённая на язык проектного управления.
- Эвристики Нильсена — эвристическая оценка 1990 года — прямой потомок экспертного анализа рабочих мест, который эргономисты проводили с 1950-х.
Из других статей серии «История UX»:
- Рождение термина «Эргономика» (1857) — предыстория: Ястшембовский придумал слово за сто лет до того, как Маррелл придумал его заново.
- НОТ в России — Гастев и Керженцев (1920-е) — советская традиция науки о труде, из которой через ВНИИТЭ выросла советская эргономика.
- Открытия 1930-х: Халл, Мэйо, фон Ресторфф, Гэллап (1932–1936) — предвоенные открытия, которые легли в фундамент послевоенной эргономики.