Что произошло
2012 год. Российскому UX-рынку — чуть больше десяти лет. Первые специалисты появились в конце 1990-х, первые компании — в начале 2000-х, первая профессиональная лаборатория — в 2006-м. К 2012 году UX перестал быть экзотикой: крупные интернет-компании заказывают юзабилити-тестирования, Mail.ru только что открыла инхаус-лабораторию, конференции ProfsoUX и UX Russia собирают сотни участников.
И именно в этот момент появляются два новых игрока, каждый из которых по-своему обозначает переход российского UX из юности в зрелость.
В Санкт-Петербурге Ольга Павлова и Наталья Прокофьева основывают агентство «Собака Павлова». Название — ироничное и запоминающееся — отсылает к академику Ивану Павлову и его знаменитым экспериментам по изучению поведения. Но за игрой слов стоит серьёзная специализация: «Собака Павлова» с первых дней фокусируется на проектировании сложных интерфейсов. Не лендинги, не промосайты, не мобильные приложения для массового потребителя. Промышленные системы управления. Медицинские интерфейсы. ERP. Финансовые платформы. Логистические панели. Интерфейсы, в которых ошибка оператора — не потерянный клик, а сбой производственного процесса.
Ольга Павлова — математик по образованию, 27 лет в IT к моменту основания. Наталья Прокофьева — управленец с опытом в государственных и коммерческих структурах. Сочетание инженерной глубины и управленческой зрелости определило ДНК компании: «Собака Павлова» не просто рисовала экраны, а работала в тесной связке с разработчиками, погружаясь в предметную область заказчика.
Примерно в то же время, в наукограде Обнинске (Калужская область), Максим Козлов регистрирует компанию «Фабрика Юзабилити» — будущую Fabuza. Юридическая регистрация прошла ещё 19 апреля 2011 года, но как продукт на рынке Fabuza заявила о себе в 2012-м. Козлов пошёл принципиально другим путём: не консалтинг, не проектирование — а инструмент. Fabuza создала SaaS-платформу для удалённого юзабилити-тестирования: облачный сервис, через который можно набрать респондентов, запустить немодерируемый тест, получить записи экранов и аналитику — без лаборатории, без модератора, без поездок к пользователям.
Две компании, появившиеся почти одновременно, — и две совершенно разные бизнес-модели. Одна проектирует интерфейсы для сложных систем. Другая автоматизирует исследования. Вместе они показали: российский UX-рынок стал достаточно зрелым для специализации.
Контекст эпохи
До 2012 года российские UX-компании были преимущественно универсальными. UsabilityLab проводила юзабилити-тестирования, экспертные аудиты, проектировала интерфейсы — для любых заказчиков, в любых отраслях. Usethics работала в похожей модели. UIDesign Group, UIDG — то же самое. Рынок был небольшим, и каждая компания старалась охватить как можно больше задач и клиентов.
Это типичная картина для молодого рынка. В Кремниевой долине эволюция шла по тому же сценарию: сначала универсальные консалтинговые фирмы (Nielsen Norman Group, Human Factors International), затем — специализация. Агентства, работающие только с финтехом. Компании, занимающиеся только исследованиями. Студии, проектирующие только мобильные интерфейсы. Инструменты для конкретных задач: UserTesting.com для удалённых тестов, Optimal Workshop для карточных сортировок, Hotjar для тепловых карт.
В России к 2012 году назрел аналогичный переход. Рынок вырос: digital-бюджеты компаний увеличивались, Рунет насчитывал более 60 миллионов пользователей, электронная коммерция набирала обороты. Сбербанк начинал цифровую трансформацию. Яндекс запускал новые сервисы один за другим. Тинькофф строил банк без отделений — целиком в интерфейсе. Спрос на UX-экспертизу рос, и вместе с ним росла потребность в узкой специализации.
«Собака Павлова» заняла нишу, которую до неё в России не занимал практически никто: сложные B2B-системы. Врачебный интерфейс, через который медик за 12-часовую смену вводит данные сотен пациентов. Диспетчерский пульт, на котором оператор контролирует промышленный процесс. Внутренняя ERP-система, в которой бухгалтер проводит тысячу операций в день. Такие интерфейсы нельзя проектировать «по шаблону» — каждый требует глубокого погружения в предметную область, работы с экспертами-предметниками, понимания рабочих процессов. «Собака Павлова» сделала это своей главной компетенцией.
Fabuza решала другую проблему — масштабирование исследований. Классическое лабораторное юзабилити-тестирование — мощный метод, но дорогой: нужна лаборатория, модератор, рекрутинг респондентов, расшифровка записей. Пять-восемь участников — стандарт для качественного теста. А что если нужно проверить гипотезу на ста пользователях? Двухстах? Платформа Fabuza позволяла запустить немодерируемый тест за один-два дня, набрать респондентов из собственной панели и получить количественные данные в дашборде. Это не замена лабораторного тестирования — это дополнение, которое закрывало задачи, для которых лаборатория слишком медленна и дорога.
Значение для UX
Появление «Собаки Павловой» и Fabuza — маркер зрелости рынка. Два разных сигнала, указывающих в одном направлении.
Специализация как признак роста. Молодой рынок не может позволить себе специализацию: клиентов мало, каждый заказ на счету, отказываться от проектов невозможно. Зрелый рынок — может. Когда «Собака Павлова» решила работать только со сложными интерфейсами, это означало: в России достаточно проектов именно такого типа, чтобы поддерживать специализированное агентство. Когда Fabuza создала инструмент для удалённых тестов, это означало: рынок достаточно велик, чтобы поддерживать продуктовую компанию, живущую на подписках.
От услуги к продукту. До Fabuza все российские UX-компании продавали время экспертов: часы аудитора, дни модератора, недели проектировщика. Fabuza первой предложила инструмент — софт, который клиент использует самостоятельно. Это принципиальный сдвиг. Инструмент масштабируется: одна платформа обслуживает сотню клиентов одновременно. Консалтинг — нет. Fabuza показала, что российский UX может порождать не только агентства, но и продукты. К 2020-м годам у компании было более ста клиентов, включая Mail.ru, Альфа-Банк, М.Видео, Касперский, Яндекс, Avito — и средний срок жизни клиента составлял пять-шесть лет.
Провинция как источник инноваций. Fabuza родилась не в Москве и не в Петербурге — а в Обнинске, городе с населением 115 тысяч человек. Это первый российский наукоград, город физиков и инженеров. Козлов доказал, что для создания технологической компании не обязательно находиться в столице. Облачная платформа работает из любой точки мира — и клиент в Москве не знает (и не должен знать), где физически стоит сервер.
Сложные интерфейсы как отдельная дисциплина. «Собака Павлова» к 2020-м годам выполнила более 400 проектов для клиентов от Альфа-Банка и Сбербанка до Газпром Нефти и Sportmaster. Компания открыла офисы в Москве, Подгорице (Черногория) и Хайфе (Израиль). Но главное — она утвердила принцип: проектирование интерфейса диспетчерской системы и проектирование мобильного приложения для доставки еды — это разные профессии. Разные методы, разные инструменты, разная глубина погружения. Не каждое UX-агентство способно проектировать интерфейс для хирургического робота или системы управления нефтепереработкой. «Собака Павлова» — способно.
2012 год — год, когда российский UX-рынок перестал быть однородным. Появились ниши, специализации, продуктовые компании. Рынок стал экосистемой.
Связанные статьи
- Что такое UX — от общего определения пользовательского опыта к специализированным практикам: сложные B2B-интерфейсы и инструменты для исследований.
- Что такое юзабилити — базовое понятие, которое к 2012 году в России обросло инфраструктурой: агентства, инструменты, инхаус-команды.
- Mail.ru: первая инхаус-лаборатория (2011) — за год до появления «Собаки Павловой» и Fabuza Mail.ru создала первую инхаус-лабораторию. Три события вместе — признаки зрелости рынка.
- UsabilityLab (2006) — универсальное UX-агентство, работающее с 2006 года. К 2012-му рынок вырос настолько, что рядом с универсальными компаниями появились специализированные.
- Usethics и Головач (2001) — первая UX-компания в России. Между Usethics (2001) и «Собакой Павловой» (2012) — одиннадцать лет эволюции рынка от пионеров к экосистеме.
- Рождение UX в России (1998) — от нулевой точки до специализированных ниш — четырнадцать лет.