Что произошло
В 1969 году Джек Голдман (Jack Goldman), главный научный сотрудник Xerox Corporation, пришёл к руководству с тревожным посланием. Xerox доминировала на рынке копировальной техники — но Голдман видел, что будущее за компьютерами. Если Xerox не начнёт исследования в области цифровых технологий, её ждёт судьба компаний, проигнорировавших смену парадигмы. Совет директоров скептически, но согласился.
Голдман нанял Боба Тейлора (Bob Taylor) — человека, который в ARPA финансировал ARPANET (предшественницу интернета) и проект Энгельбарта в SRI. Тейлор знал, где искать таланты. Он начал переманивать лучших учёных из MIT, Стэнфорда, Беркли — и из лаборатории Энгельбарта, которая к тому моменту теряла финансирование. В числе переехавших в PARC был Билл Инглиш (Bill English) — тот самый инженер, который вместе с Энгельбартом построил первую компьютерную мышь.
1 июля 1970 года Xerox Palo Alto Research Center открыл двери. Расположение было выбрано не случайно: Пало-Альто — через дорогу от Стэнфорда, в сердце нарождающейся Кремниевой долины. Здесь пересекались академическая наука, инженерная культура и калифорнийский дух свободного мышления.
Тейлор выстроил в PARC уникальную среду. Никакой бюрократии. Никаких промежуточных отчётов. Учёные сами определяли направления исследований. Единственное требование — еженедельный семинар, на котором каждый должен был представить свою работу коллегам и выдержать жёсткую критику. «Дилерские встречи» (dealer meetings) — так их называли — были безжалостными, но именно они превращали разрозненные идеи в связную картину.
Результаты не заставили себя ждать.
1972 год. Мышь Билла Инглиша. Энгельбарт изобрёл мышь — но его прототип с двумя перпендикулярными колёсиками был неуклюжим. Инглиш, перейдя в PARC, переконструировал устройство. Вместо колёсиков — шарик на дне корпуса, который катился по столу и передавал движение двум валам. Три кнопки вместо одной. Корпус стал эргономичнее. Именно эта конструкция — шаровая мышь — стала стандартом на следующие тридцать лет, вплоть до появления оптических мышей. Каждая мышь, которую вы держали в руке до середины 2000-х, была потомком прототипа Инглиша.
1973 год. Xerox Alto. Это была главная ставка PARC. Спроектированный Чаком Текером (Chuck Thacker) и Батлером Лэмпсоном (Butler Lampson), Alto стал первым компьютером, созданным для одного человека. До Alto компьютеры были либо мейнфреймами (одна машина — десятки пользователей), либо мини-компьютерами (одна машина — несколько пользователей). Alto был персональным: один экран, одна клавиатура, одна мышь, один человек.
Монитор Alto был вертикальным — формата страницы (606 на 808 пикселей), чтобы документ на экране выглядел как документ на бумаге. Это был принцип WYSIWYG (What You See Is What You Get), доведённый до логического завершения: если Xerox продаёт копировальные машины, её компьютер должен показывать документ так, как он будет выглядеть на бумаге.
Но главное — интерфейс. Alto использовал метафору рабочего стола: экран — это стол, документы — бумаги на столе, папки — папки. Окна можно было перемещать, накладывать друг на друга, сворачивать. Иконки обозначали программы и файлы. Мышь перемещала курсор. Клик выделял объект. Двойной клик открывал его.
Параллельно Алан Кей (Alan Kay) и его группа создавали Smalltalk — первый объектно-ориентированный язык программирования с графической средой разработки. Кей мечтал о Dynabook — персональном компьютере размером с книгу, которым мог бы пользоваться ребёнок. Alto был ближайшим приближением к этой мечте. На Smalltalk для Alto были написаны программы, которые позволяли рисовать, создавать анимации, писать музыку — и всё это через графический интерфейс, не через командную строку.
Боб Меткалф (Bob Metcalfe) тем временем изобрёл Ethernet — протокол локальной сети, связавший Alto между собой. А Гэри Старквезер (Gary Starkweather) создал лазерный принтер, который превращал документ с экрана Alto в страницу на бумаге. Замкнулся цикл: создать документ на экране → увидеть его в точности как на бумаге → отправить на печать → получить идеальную копию.
1974 год. Инженер Николас Шеридон (Nicholas Sheridon) разработал Gyricon — первый гибкий дисплей на основе электронной бумаги. Пластиковый лист с микроскопическими двухцветными шариками, которые поворачивались в электрическом поле, показывая чёрную или белую сторону. До практического применения электронной бумаги оставалось тридцать лет (Amazon Kindle вышел в 2007-м), но идея родилась здесь.
Всего за четыре года PARC создал технологический стек будущего: персональный компьютер, графический интерфейс, мышь, локальная сеть, лазерная печать, объектно-ориентированное программирование.
Контекст эпохи
Чтобы понять трагедию Xerox, нужно понять, чем была эта компания в 1970 году. Xerox владела рынком копировальной техники. Её годовой доход превышал два миллиарда долларов. Её копировальный аппарат 914 был одним из самых прибыльных продуктов в истории промышленности. Xerox не нуждалась в инновациях — она нуждалась в защите от IBM, которая начала выпускать собственные копиры.
PARC был страховкой. Но между лабораторией в солнечном Пало-Альто и штаб-квартирой на холодном Восточном побережье (Стэмфорд, Коннектикут) лежала не только география — лежала пропасть культур. Менеджеры Xerox продавали бумагу и тонер. Учёные PARC создавали мир без бумаги. Менеджеры мыслили квартальными отчётами. Учёные — десятилетиями. Менеджеры хотели продукт для корпоративного рынка. Учёные строили инструмент для одного человека.
В 1977 году Xerox всё же попыталась коммерциализировать изобретения PARC, выпустив Xerox Star (официальное название — 8010 Information System) в 1981 году. Это был первый коммерческий компьютер с графическим интерфейсом, мышью, иконками, окнами и Ethernet. Но цена — $16 595 за рабочую станцию (минимальная конфигурация сети стоила $50 000–100 000) — делала его доступным только крупным корпорациям. Было продано около 25 000 систем. Для сравнения: Apple II к тому моменту разошёлся тиражом в миллионы.
А в декабре 1979 года в PARC приехал Стив Джобс.
Визит был частью сделки: Xerox получала право купить 100 000 акций Apple до IPO по цене $10 за акцию. Взамен — экскурсия по PARC для инженеров Apple. Демонстрация длилась около часа. Инженеры PARC показали Smalltalk, графический интерфейс Alto, сетевые возможности. Джобс, по воспоминаниям присутствовавших, был потрясён. Он метался по комнате, восклицая: «Почему вы ничего с этим не делаете?!»
Apple перестроила проект Lisa, а затем Macintosh — вокруг графического интерфейса. В 1984 году Macintosh вышел на рынок. Остальное — история.
Значение для UX
PARC — место, где UX перестал быть случайным и стал проектируемым.
Метафора рабочего стола. Принципы гештальта объясняют, почему метафоры работают: человек воспринимает группу объектов как целое, если они похожи на знакомый паттерн. «Рабочий стол» Alto — это перенос физического мира в цифровой: папки, документы, корзина. Пользователю не нужно учить новый язык — он узнаёт знакомые вещи. Закон Якоба формализует этот принцип: пользователи переносят ожидания из одного опыта в другой. PARC использовал это до того, как принцип получил имя.
WYSIWYG и видимость состояния системы. Одна из эвристик Нильсена — «видимость состояния системы»: пользователь должен понимать, что происходит. Вертикальный монитор Alto показывал документ в натуральную величину. То, что на экране, — то и на бумаге. Никаких скрытых кодов форматирования, никаких неожиданностей при печати. Это казалось очевидным — но до Alto текстовые редакторы работали иначе: пользователь вводил команды форматирования, а результат видел только в распечатке.
Мышь как инструмент прямой манипуляции. Шаровая мышь Инглиша была не просто улучшением — она была достаточно надёжной и удобной, чтобы стать повседневным инструментом. Прямая манипуляция — навёл, кликнул, перетащил — родилась у Энгельбарта и Сазерленда, но именно в PARC она стала частью интегрированной среды, а не лабораторным экспериментом.
Трагедия Xerox — урок для продуктового дизайна. Xerox создала будущее — и позволила другим его продать. Причина не техническая, а организационная: изобретатели и продавцы жили в разных мирах. В терминах UX: не было связи между исследованием и внедрением. PARC проводил research, но не делал design. Идеи не проходили через человекоцентричный дизайн — процесс, в котором исследование → прототип → тестирование → продукт. Alto оставался прототипом. Нужен был Стив Джобс, чтобы превратить прототип в продукт.
Связанные статьи
Xerox PARC — узел, в котором сошлись ключевые линии истории UX:
- Принципы гештальта — метафора рабочего стола Alto опирается на гештальт-принципы: пользователь «узнаёт» на экране знакомые объекты (папки, документы) благодаря сходству с физическим миром.
- Закон Якоба — PARC перенёс ожидания пользователей из физического мира в цифровой. Закон Якоба описывает этот же принцип: пользователи предпочитают, чтобы новый продукт работал как привычный.
- Эвристики Нильсена — WYSIWYG-принцип Alto — прямая реализация эвристики «видимость состояния системы». Метафора рабочего стола — реализация эвристики «соответствие между системой и реальным миром».
- Что такое юзабилити — Alto проектировался для непрофессионалов. Обучаемость, эффективность, запоминаемость — все компоненты юзабилити были центральными для дизайна PARC.
Из других статей серии «История UX»:
- Энгельбарт — мышь и элементы интерфейса (1962) — PARC унаследовал идеи и людей Энгельбарта. Билл Инглиш перешёл из ARC в PARC и переизобрёл мышь. Концепция NLS стала основой Alto.
- Сазерленд — Sketchpad и рождение HCI (1963) — принципы прямой манипуляции, заложенные Сазерлендом, были воплощены в PARC как часть цельной среды, а не отдельного эксперимента.
- IBM System/360 и PDP-8 (1964–1965) — IBM стандартизировала корпоративные компьютеры; DEC демократизировала доступ к ним. PARC сделал следующий шаг: компьютер стал персональным и визуальным.